On the Collective Football Plantation

Most professional sports leagues in the U.S. are quasi-socialist enterprises within capitalist corporate America. Outwardly, the NFL looks like a successful corporation, but from within, this corporation has implemented principles of doing business that are alien to America.

Sooner or later, the conflict between the quasi-socialist paradise inside the NFL and its capitalist encirclement was bound to happen. For too long, this smoldering conflict between serf gladiators and free citizens was in the shadows. Sports organizations have managed to introduce as many socialist ideas into the sport as they could, but now this genie has jumped out of the bottle: on Sunday, Sept. 24, players staged an anti-American demarche and did not stand with their hands over their heart for the national anthem.

All NFL teams are formally independent and have their own owners, as it should under capitalism. However, the profits of these supposedly independent organizations depend not so much on the quality of the game as on the collective agreement with advertisers. If there is a superstar on one of the teams who scores a lot, then all the teams become winners. The profit from advertising is distributed evenly between the teams regardless of the quality of the game and the place in the championship. The league champion earns only slightly more than the worst team.

Leveling is practiced in most professional sports leagues. That is, the worst team gets the best league’s players at the end of the season. The worse the team plays, the better its composition becomes. I hope that the cornerstone of Marxism, “From each according to his ability, to each according to his needs” is well-known to everyone. Let me remind you that in the Soviet Union state investments were received only by the lagging collective plantations (collective farms). As an argument, it was said that “weak farms should be helped.” Thus, everything happened in the USSR in accordance with Churchill’s words that socialism’s “inherent virtue is the equal sharing of misery.” Socialist Obama, like the NFL, also adheres to the principle of the uniform “spreading of wealth.”

Another example of the socialist approach in the NFL is wage controls. The minimum salary for all gladiators is set in advance. If the player is drafted into the team, he automatically becomes a millionaire, regardless of the quality of the game. This, as we know, is one of the main features of the socialist economy. What is surprising is the fact that not only the minimum but also the maximum salary in the NFL is also limited. How well a person plays, how many points he brings to his team does not matter. There is a salary ceiling that you will not jump over. Even in the Soviet Union, there was no such restriction – world-class athletes and show business stars earned without any artificial restrictions.

As early as 2014, Trump called for the abolition of the tax-free status of the NFL on the grounds that they were tax fraudsters, and he was right. In 2015, the NFL voluntarily changed its not-for-profit status and became an ordinary American corporation.

Disrespect for the national anthem led to the fact that the ratings of football games fell across the board. Spectators at many stadiums booed the kneeling players and then left the stadiums. Many fans publicly destroyed their football tickets and burned jerseys of once-beloved players. Sponsors began to abandon the players who knelt down during the performance of the anthem. Serf millionaires, who hate America, got a good lesson.

It is clear that initially the protest of NFL players was inspired by political opponents of Trump. But when it came down to the disrespect of the national flag and humiliation of the national anthem, even the Democrats realized that this boomerang would hit hard on return. After all, professional sports do not produce anything materially necessary and exist only at the expense of their long-standing reputation. A remarkable confirmation of this is the loud silence of the Democrats on the issue of the humiliation of the national anthem. They immediately realized that Trump’s position in this matter was one hundred percent winning, and they prudently decided to keep quiet.

In fact, in the United States, there are several million patriotic Democrats who decided not to vote in 2016 because they did not trust the candidate for their party, Hillary Clinton. The patriotic position of the Republicans on the issue of the American anthem will inevitably push many patriotic Democrats toward Trump’s camp.

Compare the current situation to that in which the American pole vaulter Sam Kendricks found himself at the Rio de Janeiro Olympics in 2016. During one of his attempts, he heard the U.S. anthem, which was performed to honor another American athlete. Sam stopped right during his takeoff, threw away the pole, turned toward the American flag, put his right hand over his heart, and sang the anthem to the end. By the way, in Rio Sam Kendricks only placed third, but in August 2017 he became a world champion.

As everybody knows, the wave of protests began with football player Colin Kaepernick last year. It was he who first refused to stand during the performance of the national anthem, and instead knelt. Why did this athlete, who prefers T-shirts with Fidel Castro, go for it? Allegedly because of solidarity with the Black Lives Matter. But in fact, he knelt down to impress his new girlfriend, who is known to be a radical left supporter of BLM.

But after the numerous pogroms committed by BLM in various cities across America during the past year, and the total absence of BLM members in areas hit by recent hurricanes (where it was just plain necessary to save the lives of black Americans), it became clear to all that BLM folks are just ordinary bandits who took cover of fighters against racism.

As a result, last Sunday only 12% of all NFL players did not stand up during the performance of the American anthem, and 88% did it. Actually, regarding this, you can make the point that the attempt to turn the sport into a political weapon has failed, as have other leftists’ attempts to use non-standard political weapons.

Quasi-socialism is one of the reasons that American football has not spread to the entire planet, as soccer did, in which there are no elements of socialism at all.

That’s why the final championship game of the American football – the Super Bowl – is watched by about 100 million people (about a third of the whole country). And the final game of the World championship in soccer is watched by more than three billion people (about half of the entire planet).

Gladiators from the NFL made a strategic mistake, and now they are trying to defend an indefensible position. In turn, American football fans will soon remind these quasi-socialist millionaires that under capitalism the customer is always right.

 

[Originally published at American Thinker]

(Д)егенераты против (Р)азгильдяев

«Я начал завидовать рабам. Они всё знают заранее. У них твёрдые убеждения. Наверное потому что у них нет выбора. А рыцарь… Рыцарь всегда на распутье дорог». Евгений Шварц, «Убить дракона»

Кто может со стопроцентной уверенностью назвать имя правящей партии в Вашингтоне? Формально обе палаты Конгресса США и президент принадлежат к республиканцам. С некоторой натяжкой Верховный Суд США тоже можно отнести к республиканскому лагерю. Демократы же довольствуются ролью оппозиции. Вместе с тем, уже давно понятно, что политическое разделение на республиканцев и демократов относится только к землям за пределами Округа Колумбия.

В самом же Вашингтоне члены фактической правящей партии, скорее всего, носят название републократов.

Именно против републократов проголосовала Америка в 2016 году. Проголосовала против партии профессиональных бюрократов. Против лучших в мире экспертов по распиливанию федерального бюджета.

Републократы процветают в Вашингтоне вне зависимости от того, кто победил на последних выборах. Републократы обладают внушительным опытом выживания при любом исходе выборов, причем этот опыт традиционно передается только по наследству. Трамп, с их точки зрения – выскочка. Он не достоин находиться в Белом Доме, поскольку не является потомственным републократом. Поэтому единственное, что републократы практикуют в настоящее время в Вашингтоне – это саботаж.

Одна из ветвей републократов, более известная как Демократическая партия, давно уже забыла свои демократические корни отцов-основателей США, и полностью захвачена сторонниками левой идеологии. Впрочем, из марксизма эта социалистическая партия отобрала только то, что посчитала нужным, а все остальное отбросила за ненадобностью (как, например, учение о неизбежности пролетарской революции). Эта ветвь републократов – наиболее сплоченная, и практически всегда следует ленинским нормам партийной жизни.

Демократическая партия была основана как партия низких налогов и ограниченного федерального правительства, но Обама завершил трансформацию демократов в партию высоких налогов и большого федерального правительства.

Другая ветвь републократов, более известная как Республиканская партия, находится в гораздо более тяжелом положении. Как и их коллеги по вашингтонскому болоту, республиканцы в течение долгих лет находились под угрозой захвата. Несколько поколений консерваторов пытались развернуть республиканскую партию в сторону правой идеологии. Но рейдерский захват консерваторов не увенчался успехом. Республиканцы остались верны своему основателю Линкольну и его идеям о сильном федеральном правительстве.

В этом, собственно, и заключается основное внутреннее противоречие республиканцев – партия низких налогов несовместима с идеей большого федерального правительства.

Вот на этой идее – о сильном центральном федеральном правительстве – эти две ветви републократов и сошлись. И демократы, и республиканцы ратуют о Большом Вашингтоне, о сильном централизованном федеральном правительстве, но при этом постоянно дерутся за уровень налогов. Справедливости ради необходимо отметить, что позиция демократов в этом вопросе, хотя и является ошибочной, тем не менее не является противоречивой. Позиция же республиканцев в вопросе налогов весьма противоречива и непоследовательна.

Эта внутренняя противоречивость республиканской точки зрения приводит к тому, что республиканцы зачастую выступают и как классические консерваторы, и как классические республиканцы одновременно, даже не отдавая себе в этом отчета. Например, Рейган-консерватор вел беспощадную борьбу с коммунистической идеологией, но именно Рейган-республиканец ответственен за внушительный рост федерального правительства под его руководством.

Республиканская администрация Трампа – не исключение.

Классические республиканцы-консерваторы в Конгрессе, с одной стороны, хотят отменить закон Обамакер (потому что этот закон существенно поднимает налоги), но, с другой стороны, отмена Обамакер уменьшит роль федерального правительства, а на это классические республиканцы пойти не могут.

Трамп-консерватор в своей первой по-настоящему идеологической речи на Генеральной Ассамблее ООН напомнил всем и Рейгана, и Черчилля, и Тэтчер. Его слова (написанные Стивеном Миллером, конечно) «Проблема Венесуэлы заключается не в том, что социализм там построен плохо, а в том, что социализм там построен весьма добросовестно» войдут в учебники истории.

Как вошли в учебники слова Рейгана «Социализм работает только в двух местах: в раю, где им это не нужно, и в аду, где он уже есть».

Как вошли в учебники слова Тэтчер «Проблема социализма заключается в том, что рано или поздно у вас кончаются чужие деньги».

Как вошли в учебники слова Черчилля «Социализм есть философия неудачников, кредо невежества, и Евангелие от зависти; его неотъемлемой чертой является равное распределение нищеты».

С другой стороны, Трамп-республиканец договорился с лидерами републократов об увеличении государственного долга США. Его Департамент Юстиции подтвердил решение администрации Обамы о непривлечении высокопоставленных руководителей Налоговой службы США к уголовной ответственности за финансовый разгром Партии Чаепития. Трамп-республиканец был так сильно озабочен многомиллиардным контрактом для государственных подрядчиков США с Саудовской Аравией, что решил повременить с переносом посольства США из Тель-Авива в Иерусалим.

Трамп-республиканец провел основательную чистку сотрудников Белого Дома – теперь там практически не осталось консерваторов. Вместе с тем, Трамп-консерватор заполняет вакансии федеральных судей только консервативными судьями.

Демократическая партия за два столетия сделала разворот на 180 градусов – от партии правой к партии левой, и марксисты никогда не позволят повернуть ее обратно (они усиленно работают над внедрением стратегии Кловарда-Пивена). Республиканская партия как была, так и осталась партией центристской и противоречивой, и их переход на правую идеологию откладывается на неопределенное время.

Природа, как известно, не терпит пустоты. Политика тоже не терпит пустоты. В Америке существует одна крупная («демократическая») и множество мелких чисто левых партий, но нет ни одной крупной чисто правой партии, хотя и есть множество мелких. Воспользуется ли Трамп тем обстоятельством, что большинство американцев за пределами Вашингтонской Окружной дороги его поддерживают? Хватит ли у него сил осушить вашингтонское болото? Ведь Трампу противостоит монолитная демократическая партия, а среди его республиканских сторонников нет единства.

Победит ли Трамп-консерватор Трампа-республиканца?

С Трампом или без него, но рано или поздно идеологический вакуум должен быть заполнен. Необходимо вернуться к конституционным основам нашей страны.

Пришло время массовой правой партии в Америке – партии низких налогов и ограниченного федерального правительства.

Will Trump-the-Conservative Overpower Trump-the-Republican?

Who can with absolute certainty state the name of the ruling party in Washington? Formally, both the Congress and the president belong to the Republicans.  Theoretically, the U.S. Supreme Court can also be attributed to the Republican camp.  Democrats are content with the role of the opposition.  At the same time, it has long been understood that the political division of Republicans and Democrats only exists in places outside of the District of Columbia.

In the D.C., the members of the actual ruling party should be labeled Republocrats.

It was precisely against the Republocrats that America voted in 2016.  America voted against the party of professional bureaucrats, against the best experts in the world on spreading the American wealth around.

Republocrats prospered in Washington regardless of who won the last election.  Republocrats have an impressive experience of survival in any election outcome, and this experience is traditionally transmitted only by inheritance.  Trump, from their point of view, is an outsider.  He is not worthy to be in the White House because his roots are not that of a hereditary Republocrat.  Therefore, the only thing that Republocrats are currently practicing in Washington is sabotage.

One of the branches of the Republocrats, better known as the Democratic Party, has long forgotten its democratic roots and has been completely taken over by supporters of the left ideology.  However, as we recall from Marxism, this socialist party selected only what it considered necessary, and rejected everything else as unnecessary (as, for example, the doctrine of the inevitability of the proletarian revolution).  This branch of the Republocrats is the most closely knit, and almost always follows Lenin’s norms of party life.

The Democratic Party was founded as a party of low taxes and a limited federal government, but Obama had completed the transformation of the Democratic Party into a party of high taxes and a big federal government.

Another branch of the Republocrats, better known as the Republican Party, is in a much more difficult situation.  Like their Democratic colleagues in the Washington swamp, the Republicans for many years were threatened with a takeover.  Several generations of conservatives tried to redirect the Republican Party toward the right ideology.  However, the takeover by the conservatives was not crowned with success.  Republicans remained loyal to their founder Lincoln and his ideas about a strong federal government.

This, in fact, is the main internal contradiction of the Republicans – the low-tax party is incompatible with the idea of a large federal government.

Consequently, in regard to a strong central federal government, these two branches of the Republocrats have come together and found common ground.  Both Democrats and Republicans are talking about Greater Washington, a strong centralized federal government, but they are constantly fighting over the level of taxation.  For the sake of justice, it should be noted that the position of the Democrats in this matter, although it is erroneous, is nevertheless not contradictory.  The Republican position on the tax issue is very contradictory and inconsistent.

This internal contradiction of the Republican point of view leads to the fact that the Republicans often act as classical conservatives and as classical Republicans at the same time, without even realizing it.  For example, Reagan-the-Conservative led a ruthless struggle against communist ideology, but it was Reagan-the-Republican who was responsible for the impressive growth of the federal government under his leadership.

The Trump Republican administration is no exception.

Classical Republican conservatives in Congress, on the one hand, want to repeal Obamacare (because this law essentially raises taxes).   On the other hand, the cancellation of Obamacare will reduce the role of the federal government, and classical Republicans cannot tolerate that.

Trump-the-conservative in his first truly ideological speech at the United Nations General Assembly reminded everyone of Reagan, Churchill, and Thatcher.  His words (written by Stephen Miller, of course): “The problem in Venezuela is not that socialism has been poorly implemented but that socialism has been faithfully implemented” will enter the history textbooks.

As the words of Reagan entered the textbooks: “Socialism only works in two places: Heaven where they don’t need it, and Hell where they already have it.”

As the words of Thatcher entered the textbooks: “The problem with socialism is that you eventually run out of other people’s money.

As the words of Churchill entered the textbooks: “Socialism is a philosophy of failure, the creed of ignorance, and the gospel of envy; its inherent virtue is the equal sharing of misery.”

On the other hand, Trump-the-Republican agreed with the leaders of the Republocrats about the increase in U.S. public debt.  His Department of Justice confirmed the Obama administration’s decision not to bring high-ranking officials of the Internal Revenue Service to justice for the financial defeat of the Tea Party.  Trump-the-Republican was so worried about the multibillion-dollar agreement for U.S. government contractors with Saudi Arabia, so he decided to postpone the relocation of the U.S. embassy from Tel Aviv to Jerusalem.

Trump-the-Republican conducted a thorough purge of the White House staff – now there are almost no conservatives left.  At the same time, Trump-the-Conservative fills vacancies of federal judges with strict conservative judges only.

The Democratic Party took two centuries to make a 180 degree turn – from the right party to the left party, and the Marxists will never allow it to turn back (they are working hard to implement the Cloward-Piven strategy).  The Republican Party was and remains a centrist and contradictory party, and their transition to the right ideology is postponed indefinitely.

Nature, as you know, does not tolerate emptiness.  Politics also does not tolerate emptiness.  In America, there is one large (“Democratic”) and many small purely left parties, but there is not a single major purely right-wing party, although there are many small ones.  Will Trump use the fact that most Americans outside the Beltway support him? Does he have enough political power to drain the Washington swamp? After all, Trump is opposed by a monolithic Democratic party, and there is no unity among his Republican supporters.

Will Trump-the-Conservative overpower Trump-the-Republican?

With or without Trump, sooner or later, the ideological vacuum should be filled.  It is necessary to return to the constitutional foundations of our country.

It’s time for a major right-wing party in America – a party of low taxes and a limited federal government.

 

[Originally published by American Thinker]

Слушайте Радио «Народная Волна» (Чикаго) с моим участием

Понедельник, 25 сентября, с 14:05 до 15:00 по Чикагскому времени (15:05 по Нью-Йорку) в передаче Игоря Цесарского и Дмитрия Якубова «РадиоБлог».

Интернет-трансляция https://www.radionvc.com/

Телефон прямого эфира: +1-847-400-5200

Начало передачи по московскому времени в 22:05

Жирный Ким угрожает Трампу

После испытания водородной бомбы Жирным Кимом в мире все пошло по старому и хорошо знакомому сценарию. Кто-то начал бряцать оружием, кто-то настаивает на том, что проблема ядерной Северной Корее не может ни при каких обстоятельствах быть решена военным путем.

И те, и другие используют весьма серьезные аргументы. Сторонники умиротворения Кима вполне резонно отмечают, что столица Южной Кореи с ее 25-миллионным населением находится на расстоянии артиллерийского залпа от границы с Северной Кореей. Даже ограниченный залп с севера приведет к сотням тысяч жертв среди мирного населения. Сторонники массированного удара по Северной Корее аргументируют, что лучше иметь тысячи жертв среди корейцев, чем дождаться того момента, когда водородная бомба взорвется над Сан-Франциско, и тысячи жертв будут среди американцев.

Обе стороны имеют многочисленных сторонников в высших эшелонах власти в Вашингтоне.

Между тем Жирный Ким в настоящее время не представляет угрозы США.

Жирный Ким представляет угрозу президенту Трампу.

Жирный Ким не является тупым балбесом. Он просто один из игроков в очередном спектакле стран Оси. Северокорейский кризис означает, что страны враждебной Америке Оси Иран-Россия-Сирия-Северная Корея решили проверить Трампа на прочность. Китай членом этой Оси не является, но с большим удовольствием наблюдает, как Трамп выберется из этой западни.

О том, что это не просто западня, и именно западня стран Оси, говорит то, что все страны Оси хранят подозрительное молчание по поводу ядерных амбиций Кима. Все страны Оси связаны давними связями по линии ядерных технологий. Из стран Оси только Сирия не обладает этими технологиями (сирийский ядерный реактор, который строился северокорейскими инженерами, был разбомблен Израилем в 2007 году).

Страны Оси ожидают ответного хода Трампа. Стандартный геополитический анализ показывает, что вариантов у Трампа много, но все они лежат в диапазоне от плохих до очень плохих.

Самое время Трампу сделать нестандартный ход. Ход, который не ожидает никто.

Необходимо не наращивать военный потенциал США в регионе, а наоборот – необходимо полностью вывести все американские войска и из Южной Кореи, и из Японии.

Но разместить их надо не на территории США, а на Тайване.

Этот ход Трампа заставит Китай перестать играть роль стороннего наблюдателя. Китай будет поставлен перед выбором – либо он присоединяется к Трампу в этом вопросе, либо никогда не получат назад Тайвань, где теперь будет штаб-квартира 7-го Флота США.

Разумеется, союзники Америки в регионе – Япония и Южная Корея – перед лицом вывода американских войск потребуют (вполне обоснованно) новых гарантий защиты от правительства США. Америке придется возобновить программу типа ленд-лиза времен Второй Мировой войны, и передать Японии и Южной Корее в лиз на 99 лет все ядерные боеприпасы, которые только они запросят. Военные бюджеты этих стран возрастут многократно, так что бездействие Китая по отношению к режиму Жирного Кима приведет к тому, что вдобавок Китай получит у себя под боком две недружественные и вооруженные до зубов ядерные державы.

Если Трамп добавит к этому запрет на торговлю со всеми странами, которые имеют торговые отношения с Северной Кореей, то Китай, с 4/5 экономики ориентированной на американский рынок, пострадает больше всех.

Есть все основания полагать, что Китай сделает вполне разумный выбор. Сделает раньше, чем первый транспорт из Японии с морской пехотой США причалит в Тайпее. Неразумно предполагать, что Китай не имеет хорошо продуманного плана быстрой смены режима в Северной Корее.

Если же разум им откажет, то в качестве вишенки на пирожном они получат под боком объединенную Корею. Капиталистическую. И ядерную.

 

[Опубликовано на сайте Top Alert]

Архипелаг Маркслаг

«Две вещи бесконечны: Вселенная и человеческая глупость; хотя во Вселенной я не совсем уверен». Альберт Эйнштейн

В политической борьбе сторонников главенства человека – правых, и сторонников главенства государства – левых, закономерно наступает окончательный кризис. Почему окончательный? Потому что левые, похоже, исчерпали все свои боевые резервы, и дополнительных боеприпасов у них нет.

С самого начала было ясно, что левые идеи – тупиковые идеи в развитии человечества, хотя в некоторых случаях на поверхности все выглядело как раз наоборот.

Один из последних примеров – Ромникер, система оплаты медицинского обслуживания в штате Массачусетс. Система работала вполне нормально, но когда ее попытались распространить на всю Америку (под названием Обамакер), система почему-то перестала работать. Почему? Да просто потому, что антирыночная система Ромникер в одном-единственном штате держалась на плаву только благодаря денежным вливаниям из федерального бюджета США. Иными словами, все налогоплательщики Америки спонсировали весьма неплохое медицинское обслуживание жителям Массачусетса. И попытка Обамы скопировать Ромникер на все 50 штатов наткнулась на то, на что и должна была наткнуться – на отсутствие постороннего источника денег.

Знали ли левые, что Обамакер обречен? Разумеется. Не только знали, но и сознательно претворяли в жизнь то, что левые делают уже два столетия.

Леваки превращают в политическое оружие все, что попадается им под руку.

В этой статье я только обрисую то, что они выбирали в качестве своего политического оружия. Возможно, каждый из пунктов будет описан подробно в серии моих будущих статей.

Свобода слова оказалась одним из первых, куда обратили свое внимание леваки. Левые придумали политкорректность – это не что иное, как использование левой цензуры в качестве политического оружия. Знают ли леваки о том, что политкорректность – это антитеза свободы слова? Конечно, знают, но для них, как известно, «цель оправдывает средства».

Конечно же, и науку левые не обошли своим вниманием. Эволюционная теория Дарвина должна была оставаться тем, чем она и является – теорией возникновения видов в рамках биологии, и не более того. Эта теория не предназначалась Дарвином в качестве потенциального политического оружия. Тем не менее левакам эта теория очень понравилась, и вот уже более века успешно используется в качестве политического оружия.

Например, во многих странах, в том числе и в США, тюрьмы давно перестали называть «тюрьмами», их называют «исправительными учреждениями». Идея «исправления» людей с помощью создания для них специальных условий обитания возникла непосредственно из теории Дарвина. Марксисты позаимствовали только то, что им нужно, из теории Дарвина, и назвали это социальным дарвинизмом.

Вплоть до конца XIX века тюрьмы были орудием наказания и только. В прогрессивную эпоху стали проводиться массовые эксперименты леваков над людьми. Теория «коррекции» человеческой натуры гласит о том, что если поместить человека в соответствующие тюремные условия, то это «вынудит» его к эволюции по направлению к заданному правительством идеалу.

В странах, где леваки захватили власть, идеи социального дарвинизма использовались для «исправления» всевозможных «врагов народа».  Именно благодаря идее социального дарвинизма захват власти леваками рано или поздно закачивается массовыми репрессиями.

Сам Дарвин идею социального дарвинизма не поддерживал, а вот Карл Маркс планировал посвятить первый том Das Kapital именно Дарвину.

Все мы знаем, насколько эффективна эта «коррекция» в «исправительных учреждениях». Знают ли об этом леваки? Конечно, знают, но почему-то всеми силами стремятся скрыть тот факт, что национал-социалистические концлагеря в фашистской Германии изначально задумывались именно как учреждения для «исправления» людей и «создания нового человека». В лагеря смерти они превратились позже, когда количество евреев на оккупированных территориях Европы стало настолько большим, что Гитлер поверил в реальную возможность «окончательного решения еврейского вопроса».

Не обошли леваки своим вниманием и другие псевдонаучные социальные эксперименты. «Сухой закон» был в свое время венцом левой «прогрессивной» эры. Его отменили, а вот другое наследие «прогрессивной» эры – чехарда с переходом на летнее/зимнее время – до сих пор живет. Эти и другие эксперименты над людьми и здравым смыслом – типичные примеры использования науки в качестве политического оружия. Как, впрочем, и евгеника, и «глобальное похолодание» в 1970-х годах и «глобальное потепление» 1990-х.

Социальный дарвинист Обама дошел до того, что превратил общественные туалеты в политическое оружие. Обама по праву является родоначальником политически корректных туалетов, и войдет в историю как президент смешанных женско-мужских туалетов, душевых и раздевалок.

Геи и лесбиянки были описаны еще в древних хрониках, и никому, собственно, не мешали до тех пор, пока левые не умудрились превратить и их в оружие политической борьбы. Геи были использованы леваками для контроля над свободой слова. Леваки сначала внушили геям, что они – жертвы общества. Затем потребовали, чтобы общество отказалось от традиционной иудео-христианской морали и стало практиковать самоцензуру, чтобы «не дискриминировать» сексуальные меньшинства.

Любое негативное высказывание о геях возведено в ранг святого политкорректного табу, и редко кто осмеливается его нарушить. Значит ли это, что общество изменило свое отношение к геям? Нет, конечно, но леваки, как и планировали, получили свой надежный электорат (около 1%) от этой маргинальной группы и фактически установили диктатуру политкорректности.

Добрались леваки и до бойскаутов, причем процесс политизации бойскаутов и превращения их в гейскаутов был (по историческим меркам) весьма стремительным. Бойскауты были одними из самых стойких к агрессивной политизации – они более 100 лет практиковали свою стопроцентную аполитичность и отвергали все попытки трансформировать их в клуб военизированной подготовки.

Но массовых и хорошо организованных обвинений в «сексуальной дискриминации» бойскауты не выдержали, и многолетние судебные издержки вынудили их сдаться – теперь бойскаутами могут быть и мальчики, и мальчики-геи, и девочки-трансгендеры, а лидерами бойскаутов могут быть и женщины, и мужчины-геи, и женщины-трансгендеры. Никакого дополнительного электората леваки при этом не получили, но зато еще одна область деятельности теперь закрыта от обсуждения с помощью той же диктатуры политкорректности.

Идея использования медицины в качестве политического оружия леваков восходит ко временам СССР (так называемая судебная психиатрия), и была принята на вооружение левыми в США. Недавно была сделана попытка применить это оружие против Трампа, объявив его психически больным, невзирая на правило Голдуотера.

Борьба против генной инженерии, которая спасла миллионы жизней нашей планеты от голода, давно используется леваками в качестве политического оружия. Генетически-модифицированные продукты подвергаются жесткой критике, потому что только голодный человек может от своей безысходности прислушиваться к левым проповедникам. А сытый народ к левым идеям абсолютно равнодушен.

Леваки использовали и курение в качестве политического оружия. Неужели вы думаете, что левакам небезразлично ваше здоровье? Ведь именно они в 1998 году инициировали «мирный договор» с лидерами американской табачной индустрии. В соответствии с этим договором граждане США навсегда потеряли возможность судить табачные компании в обмен на многомиллиардные выплаты штатам. Курение было использовано леваками не только как примитивный рэкет, но и как очередной метод «коррекции» поведения людей.

Вагина тоже была трансформирована леваками в политическое оружие. Вспомните демонстрации розовых шапочек против Трампа. Цвет человеческой кожи был неоднократно использован леваками как политическое оружие. И аборты со времен Маргарет Зангер стали оружием в политической борьбе. И налоговая служба. И другие федеральные агентства. Агентство по Защите Окружающей среды – на переднем крае, в окопах безжалостной политической войны. Как и религия. Как и иммиграция.

Виртуальное интернет-пространство тоже стало использоваться леваками как политическое оружие. Google превратился в некое подобие советских фотографов-ретушеров, «подправляющих» фото Сталина с «неподобающими» людьми – «врагами народа». Неуважение к коммунизму теперь является мыслепреступлением на YouTube. Все видео на YouTube или «неугодные» сайты, которые противоречат «генеральной линии партии», демонетизируются.

Как во времена СССР коммунисты насильственно выселяли неугодных им людей за 100 километров от Москвы, так и Google «выселяет» ссылки на неугодные им сайты за пределы первых 100 линков.  Они прекрасно знают, что более 90% всех поисков на интернете заканчивается на первых 10-20 линках. Тем не менее Google считает, что поступает интеллектуально честно – ведь формально они информацию не скрывают и не удаляют.

Facebook регулярно закрывает около миллиона аккаунтов в день. В список неугодных входят все, кого Facebook не любит – сюда относятся (вполне резонно) террористы, порнография, криминал. Но в список «нежелательных элементов» попали также и обыкновенные политические инакомыслящие. Подобное практикуют и Twitter, и Instagram.

Потому что инакомыслие для леваков – это криминал.

Недавно стало известно, что YouTube, Twitter, и Instagram ведут переговоры с религиозными фанатиками из Ирана о цензуре текстов и картинок, которые правительство Ирана рассматривает как «не соответствующие законам шариата».

История и культура давно являются идеей фикс леваков. Нередко использование истории в качестве политического оружия принимает у леваков острую форму, и они начинают сжигать неугодные книги и сносить неугодные памятники. Впрочем, и книги, и памятники играют здесь только роль инструмента, а цель леваков – в соответствии с социальным дарвинизмом – создать такие «внешние условия обитания», что политические противники заткнут свой рот и «скорректируют» свое поведение.

Использование науки в качестве политического оружия ведет к коррупции науки.

Использование женских проблем в качестве политического оружия коррумпирует и женщин, и мужчин.

Использование цензуры в качестве политического оружия коррумпирует информацию.

Использование образования в качестве политического оружия ведет к коррупции образования индоктринации.

Проверьте свой уровень образованности – кто из вас знает, что точный перевод слова «фашизм» с итальянского – «коллективизм»? Кто из вас знает, что лидер российских коммунистов Ленин послал Муссолини поздравительную телеграмму, когда фашисты коллективисты захватили власть в Италии в 1922 году? Кто помнит слова Джозефа Геббельса «Ленин был величайшим человеком, уступающим только Гитлеру, и разница между верой в коммунизм и верой в Гитлера весьма незначительна»? Кто из вас знаком с изречением Гитлера о нацистах: «Мы – социалисты, мы – враги сегодняшней капиталистической системы эксплуатации … и мы полны решимости уничтожить эту систему при любых условиях».

Даже микроскопические группы людей выдергиваются леваками из обычной жизни и вынужденно трансформируются в политическое оружие. Например, трансгендеры. Или более сложный пример – использование финансовых рычагов в качестве политического оружия. Речь идет о том, что в нормальной экономике уровень индекса биржевых акций в целом правильно отражает текущее состояние экономического цикла. Но со времен Обамы уровень рынка акций отражает не уровень экономики, а уровень финансовых вливаний центрального банка Федерального Резерва США в рынок акций, причем делается это во многом за счет одалживания денег у будущих поколений американцев.

Но все это – признаки конца.

Потому что все, что только можно было политизировать и превратить в политическое оружие, уже политизировано и военизировано. Иными словами, боеприпасы у леваков закончились. Закончился список маргинальных групп. Резервов больше нет. Настал час последнего аргумента.

Каков будет этот последний аргумент, предсказал еще в 1990 году адвокат Майк Годвин, который заметил, что когда одна из сторон в длительной дискуссии исчерпала все свои аргументы, в ход идет самый последний аргумент – обвинение оппонента в фашизме. Имеется в виду, конечно, не истинный фашизм-коллективизм, а тот фашизм, о котором все знают, что это плохо, но не знают почему.

Обвинение в фашизме – это последний аргумент в проигранном споре.

Поражение на выборах 2016 года послужило тем спусковым крючком, который вынудил леваков к интенсификации беспорядков бандой «Антифа» (сокращенное от «Антифашисты»). Само это название является хорошим индикатором того, что оппонентами «Антифа», по задумке леваков, должны являться … фашисты. На этом же основании печально знаменитая Берлинская Стена носила официальное название Antifaschistischer Schutzwall (Антифашистская защитная стена).

Леваки из марксистского архипелага знают, что резервов больше нет. Они знают, что на этот раз их ждет не просто досадная оплеуха, а сокрушительное поражение. Архипелаг Маркслаг уходит под воду, и недалек тот час, когда его захлестнет волна сторонников альтернативной – капиталистической – идеи, которая из столетия в столетие доказывает свое преимущество.

Последний аргумент леваков – он самый кровавый. Но мы знаем, что он – последний.

 

[Опубликовано на сайте Top Alert]

The Marxlag Archipelago

“Two things are infinite: the Universe and human stupidity; and I’m not sure about the Universe.” Albert Einstein

In the political struggle for the man’s superiority over the state (the Right), and supporters of the state’s superiority over all man (the Left), we naturally arrive at a final crisis. Why final?  Because the Left seems to have exhausted all of its ammunition, and they have nothing left.

From the very beginning, it was clear that Leftist ideas were a dead-end in the development of mankind, although in some cases everything looked quite the opposite on the surface.

One of the most dismal examples is Romneycare, a payment system for medical services in the state of Massachusetts. The system worked fine, but when an attempt was made to spread it to the entire United States (i.e. Obamacare), the system for some reason stopped working. Why?  Simply because the anti-market system of Romneycare in just one state was kept afloat only thanks to monetary injections from the U.S. federal budget. In other words, all taxpayers in America sponsored a very good medical care plan all for the benefit of the people of Massachusetts. Obama’s attempt to copy Romneycare for all 50 states would inevitably fail because of the absence of an extraneous source of money.

Did the Left know that Obamacare was doomed?  Of course, they did. Not only did they know, they consciously implemented what the Left has been doing for two centuries.

The Leftists turn everything that comes to hand into a political weapon.

Freedom of speech was one of the first things that Leftists turned their attention to. The Left invented “political correctness” which is nothing more than the use of censorship as a political weapon. Do the Leftists know that political correctness is the antithesis of freedom of speech?  Of course, they do, but for them, as you know, “the end justifies the means.”

The Left did not ignore science, either. Darwin’s evolutionary theory was to remain what it is–the theory of the evolution of species within the framework of biology, and nothing more. This theory was not intended by Darwin to be weaponized. Nevertheless, the Leftists liked this theory very much, and for more than a century now, it has been successfully used as a political weapon.

For example, in many countries, including the United States, prisons have long ceased to be called “prisons”. They are now referred to as “correctional facilities”. The idea of “correcting” people by creating special conditions for them comes directly from the theory of Darwin. The Marxists borrowed only what they needed from Darwin’s theory, and called it “Social Darwinism.”

Until the end of the nineteenth century, prisons were a tool of punishment and only that. In the “progressive era,” Leftists began holding mass experiments using people as their unwitting subjects. The theory of the “correction” of human nature says that if one places a person in appropriate prison conditions, it “forces” human beings to “evolve” toward the ideals set by the government.

In countries where Leftists seized power, the ideas of Social Darwinism were used to “correct” all kinds of “enemies of the people.” Thanks to the idea of social Darwinism, the seizure of power by the Leftists sooner or later leads to mass repression. Darwin, himself, did not support the idea of Social Darwinism.  However, Karl Marx planned to devote the first volume of Das Kapital to Darwin.

We all know how effective this “correction” is in these “correctional facilities.” Do the Leftists know about this? Of course, they know, but for some reason, they are trying to hide the fact that the Nazi concentration camps under Hitler were originally conceived as institutions for “correcting” people and “creating an advanced human race.” They turned into the death camps later, when the number of Jews in the occupied territories of Europe became so great that Hitler believed in the real possibility of a “final solution to the Jewish question.”

Other pseudo-scientific social experiments did not bypass the Leftists. Prohibition was at one time the crown jewel of the Left “progressive era.” It was canceled, but another legacy of the “progressive era”–the leapfrog with the transition to summer/winter time–still lives. These and other experiments on people and common sense are typical examples of using science as a political weapon, eugenics, and the “global cooling” in the 1970s as well as the “global warming” of the 1990s.

Former President Barack Obama, an avid Social Darwinist himself, went so far as to weaponize public toilets. Obama is rightfully the founder of politically correct toilets. He will undoubtedly go down in history as the “anti-segregationist” President of women’s and men’s toilets, showers and locker rooms.

Gays and lesbians were described in ancient chronicles, and no one actually interfered with them until the Left managed to turn them into political weapons. The gays were used by Leftists to control freedom of speech. The Leftists initially convinced gays of their “victimhood.” Then they demanded that the society renounce its traditional Judeo-Christian morality and practice self-censorship so as not to “discriminate” against sexual minorities.

Any negative statement about gays is elevated to the rank of a holy politically correct taboo, and rarely does anyone dare to break it. Does this mean that society has changed its attitude toward gays?  Of course, not, but Leftists, as planned, gained a reliable electorate from this marginal group and successfully established a dictatorship of political correctness.

The Leftists even got to the Boy Scouts, and the process of politicizing the Boy Scouts and turning them into Gay Scouts was, by historical standards, very fast. Boy Scouts were one of the groups most resistant to aggressive politicization.  For more than 100 years, they were apolitical, and they rejected all attempts to transform them into a branch of paramilitary training.

But the numerous and well-organized accusations of “sexual discrimination” pushed scouts out of balance, and mounting legal costs forced them to surrender.  Now, gay boys and transgender girls can be scouts, too, and scout masters can be female, gay, or even transgender. No additional electoral benefits were acquired by Leftists in this case, but another area of human activity is now closed from public discussion with the help of this same dictatorship of political correctness.

The idea of using medicine as a political weapon by the Leftists dates back to the times of the USSR and their use of so-called forensic psychiatry. It was shipped over to the United States and promptly adopted by the Left here. Recently, an attempt was made to use this weapon against Trump by declaring him mentally ill, despite the Goldwater Rule.

Genetic engineering, which saved millions of human lives from starvation, has long been used by Leftists as a political weapon. Genetically modified foods (GMOs) are severely criticized because only a hungry person can listen to Leftist preachers for their despair. A well-fed people are absolutely indifferent to Leftist ideas.

Leftists used smoking as a political weapon as well. Do you really think that the Leftists care about your health? After all, in 1998 they initiated a “peace treaty” with the leaders of the American tobacco industry. In accordance with this agreement, U.S. citizens forever lost the opportunity to sue tobacco companies in exchange for multi-billion payments to the states. Smoking was used by Leftists not only as a primitive scam but also as a regular method of “correcting” people’s behavior.

Female sex organs, too, were weaponized by Leftists. Remember the rally of pink hats? The color of human skin was repeatedly used by Leftists as a political weapon. And abortion since the time of Margaret Sanger became a weapon in the political struggle. Obama transformed the IRS into a formidable political weapon to crush the Tea Party. And other federal agencies also were weaponized.

The virtual Internet space also began to be used by Leftists as a political weapon. Google turned into a kind of re-toucher of Soviet photographs, “correcting” photos of Stalin with “inappropriate” people – “enemies of the people.” Disrespect for communism is now a “thought crime” on YouTube.  All videos on YouTube by “unwanted” content providers that contradict the “general line of the party” are demonetized by Google.

Just like during the Soviet Union, where Communists forcibly evicted troublemakers beyond 100 kilometers from Moscow, now Google “evicts” links to sites they do not like beyond the first 100 links. They know perfectly well that more than 90 percent of all Internet searches end up on the first 10-20 links. Nevertheless, Google believes that it is intellectually honest because they formally do not hide the information and do not delete it.

Facebook regularly closes about a million accounts a day. The list includes all those whom Facebook does not like–including terrorists, pornography, criminals, etc. But ordinary political dissenters also fall into the category of “undesirable elements.” A similar practice exists on Twitter and Instagram.

Recently it became known that YouTube, Twitter, and Instagram are negotiating with religious fanatics from Iran about the censorship of texts and pictures that the government of Iran regards as “not in accordance with Sharia law.”

History and culture have long been the idee fixe for Leftists. Often the use of history as a political weapon takes on an acute form by Leftists, and they begin to burn unwanted books and demolish unwanted monuments. However, both books and monuments play here only as a tool, and the goal of the Leftists, in accordance with Social Darwinism, is to create such “external living conditions” that all political opponents will shut their mouths and “correct” their behavior.

The use of science as a political weapon leads to corruption of science.

The use of women’s problems as a political weapon corrupts both women and men.

The use of censorship as a political weapon corrupts information.

The use of education as a political weapon leads to corruption of education–indoctrination.

Check your level of education–who among you know that the exact translation of the word “fascism” from Italian is “collectivism?” How many know that the leader of the Russian Communists Lenin sent Mussolini a congratulatory telegram when the fascists collectivists seized power in Italy in 1922? Who remembers the words of Joseph Goebbels that “Lenin was the greatest man, second only to Hitler, and the difference between communism and the Hitler faith was very slight?” How many of you are familiar with Hitler’s dictum about the Nazis: “We are socialists, we are the enemies of today’s capitalist system of exploitation…and we are determined to destroy this system under all conditions.”

Even microscopic groups of people are dragged out by Leftists from ordinary life and forced to transform into political weapons, for example, the transgender community. A more complex example is the use of financial leverage as a political weapon. The point is that in the normal economy, the level of the stock exchange index correctly reflects the current state of the economic cycle. But since Obama, the level of the stock market reflects not the level of the economy, but the level of monetary injections of the central bank–the Federal Reserve–into the stock market, and this is largely due to borrowing cash from future generations of Americans.

But all these are signs of an end.

Everything that could be politicized and turned into a political weapon has already been politicized and weaponized. In other words, the Leftists have run out of ammunition. The list of marginal groups has ended. There are no more reserves. The time of the last argument has arrived.

What will be the last argument? It was predicted back in 1990 by lawyer Mike Godwin, who noticed that when one of the parties in a long discussion exhausted all of its arguments, the latest argument–the accusation of an opponent as being a fascist–is in play. Of course, this is not true fascism-collectivism, but the fascism which everyone knows is bad, but do not fully understand why. The accusation of fascism is typically the last argument in a lost dispute.

The defeat in the elections of 2016 served as the trigger, which forced the Leftists to intensify the riots by the ANTIFA gang (shortened from “Antifascists”). The very name is a good indicator that the opponents of ANTIFA, according to the Leftists, should be … fascists. On the same basis, the infamous Berlin Wall was officially called the Antifaschistischer Schutzwall (Antifascist Defense Wall).

The Leftists from the Marxist Archipelago know that there are no more reserves. They know that this time they are not facing just an annoying slap in the face, but a crushing defeat. The Marxlag Archipelago is going underwater, and the time is near when the wave of supporters of the alternative capitalist idea, which from century to century proves its advantage, will overwhelm it.

The last argument of Leftists is the bloodiest. But we know that it is the last.

 

[Originally published at The Liberty Conservative]